Судьба ваших данных после вашей смерти Цифровое бессмертие Мне обещают, что от меня что-то останется. А мне хотелось бы исчезнуть. Захарова Арина 01 / Отсутствие Мне спокойнее без имени Но страница может быть нужна тому, кто остался. Мой цифровой след Имя скрыто Фотографии Переписка Геолокация Записи Скрыть имя ≠ уничтожить данные Анонимность дает мне чувство контроля. Но мой след может продолжать существовать. 02 / Еще один разговор 03 / Две реакции на одного бота 04 / Подмена Архив хранит сказанное в определенный момент.
Модель создает реплику для нового вопроса. Знакомая интонация не превращает ее в мнение
умершего. Переключите режим. Все реплики вымышлены и не относятся к Роману. Сохранить сообщение — значит оставить доступ к уже сказанному. 05 / Авторитет голоса Кто говорит за меня? Я не знаю, чего хотел бы Роман. Этот вопрос я обращаю к собственному следу. 06 / Доступ Кто откроет мой архив? Между прочим... В моей переписке есть чужие признания. Открывая мой архив, можно открыть и тех, кто мне доверял. 01 / Настройки сервиса Google «На всякий
случай» Можно выбрать людей и данные для передачи 
после периода неактивности или настроить 
удаление аккаунта. Близкие могут отправить запрос. 
Google рассматривает такие обращения, 
но не выдает пароли. Неактивность не доказывает смерть. О настройке ↗ О запросе ↗ 07 / Чужая тайна В переписке нас двое Среди моих сообщений остаются чужие признания, фотографии и подробности чужой жизни. 
Мой собеседник мог доверить их мне, 
не предполагая, что однажды архив откроет 
кто-то другой. Поэтому передать семейные снимки и открыть 
всю переписку — разные решения. Мое желание оставить память не отменяет интересов тех, 
кто со мной разговаривал. Я Мои сообщения. Мои обстоятельства. Собеседник Его сообщения. Его обстоятельства. 09 / Граница Память без обязанности отвечать. Теперь я не могу повторить сказанные ранее слова: 
никому не нужны страницы умерших. 
Но мое желание исчезнуть остается. Мне не нужно доказывать бесполезность архивов,
чтобы отказаться от имитации. Сохранить Фотографию, запись, сказанные слова. ≠ Продолжить Создавать новые ответы от моего имени. Чужая потребность в памяти еще не дает права продолжать мой голос. 10 / Предел контроля Удалить аккаунт. Что дальше? Обозначить свою волю можно без обещания абсолютной чистоты. Если копии уже были созданы Исходный аккаунт Удален 01 Сохраненное сообщение 02 Скачанный файл 03 Пересланная копия 11 / Мой след Что я могу решить сейчас. Можно оставить фотографии близким и отказаться
от бота. Сохранение, доступ и имитация не требуют
одного ответа. Обсудите пожелания с человеком, 
которому доверяете, и проверьте настройки сервисов. Удаление аккаунта не забирает обратно чужие копии. Мой архив может остаться. Я не обязана оставаться на связи. Свободнее всего мне дышится в анонимных аккаунтах. 
Я знаю о доксинге — публикации чужих личных данных — 
и сватинге, когда ложным сообщением вызывают силовиков 
к человеку домой. Поэтому цифровой след для меня связан 
с уязвимостью. Представляя удаление своих аккаунтов после смерти, 
я чувствую облегчение уже сейчас. Мне важно знать, 
что моя доступность может закончиться. Модельное продолжение Реплика вымышлена «Я тебя прощаю». Кто вправе произнести эти слова? Источник Текст, произведенный системой. Время Сейчас Авторство Ответ бота / ИИ Особенно трудно удерживать границу, когда от имени умершего звучат прощение, одобрение или просьба. 
Такие слова могут менять решения живого человека. Человек уже не сможет поправить систему: 
я так не думала, я бы этого не сказала. 
Поэтому сходства интонации для меня недостаточно. Можно знать, что перед тобой программа, 
и все же услышать в ее ответе обращение близкого. Значимость этого переживания не подтверждает авторство реплики. До любого бота есть вопрос: у кого окажутся сообщения? Возможность открыть архив зависит от сервиса и закона. Родство, доступ к данным и право говорить от чужого имени нельзя объединить одним словом «наследство». 02 / Правовая норма Россия / 152-ФЗ Согласие 
на обработку Сама эта норма не предписывает передать 
пароль от аккаунта. Обработка данных ≠ вход в профиль. Текст нормы ↗ Часть 7 статьи 9 предусматривает согласие наследников на обработку данных умершего, если такого согласия он не дал при жизни. Обсуждая доступ, стоит уточнить, какие материалы действительно нужны близким и какие затрагивают чужую частную жизнь. Удаление профиля не забирает обратно сообщения, 
которые другой человек уже сохранил, скачал 
или переслал. Если копии существуют отдельно, 
закрыть исходный аккаунт недостаточно, 
чтобы уничтожить их. Это не делает любое решение бессмысленным. 
Я могу обозначить, что сохранить, кому открыть 
доступ и разрешаю ли я имитацию. Но не могу обещать 
себе полное исчезновение из интернета. Облегчение для меня связано с возможностью провести
границу, даже если контроль над следом остается неполным. Как переписка стала собеседником. Роман Мазуренко → Евгения Куйда → Luka После утраты После гибели Романа Мазуренко в ноябре 2015 года Евгения Куйда перечитывала их сообщения. Для бота Luka десять близких передали больше восьми тысяч строк переписки. Из записи — в диалог По описанию Кейси Ньютона, программа сначала подбирала ответы, затем стала составлять новые фразы из фрагментов переписки. Я начинаю с желания удалить свой след. Здесь приходится задержаться: то, что для меня означает уязвимость, для другого может оказаться способом снова обратиться к близкому. Кейси Ньютон. Speak, Memory, 2016 ↗ Близость для одного. Боль для другого. Виктория, мать Романа «Они продолжили жизнь Романа и спасли наши». Она поддержала бота. Сергей, отец Романа «Тяжело читать ответ программы». Он знал, что это программа, и отмечал неверные ответы. Нельзя выбрать одну реакцию и назвать ее правильным способом помнить. Поддержка матери не отменяет трудности отца. Его трудность не делает ее благодарность ошибкой. Моя фраза «это никому не нужно» больше не выдерживает проверки. Но и общего желания семьи здесь нет. Свидетельства в Speak, Memory ↗ · Короткие цитаты даны в переводе. 01 Что сделать с записями? Сохранить выбранное Удалить Пока не знаю 02 Кому открыть сохраненное? Выбранным близким Оставить закрытым Пока не знаю 03 Разрешаю ли я ИИ-имитацию? Не разрешаю Обсудить условия Пока не знаю Скачать пожелания ↓ Сбросить Ответы обрабатываются в браузере без отправки на сервер. Это личная заметка: она не меняет настройки сервисов, не заменяет завещание и не дает согласия на создание ИИ. Сохраненная запись Условная запись из прошлого разговора «Если решишь уехать, напиши. Я рядом». На новый вопрос в архиве нет ответа. Мы можем только перечитать старое сообщение. Источник: запись человека · Время: при жизни · Контекст: прежний разговор Что ответит архив? «Мне предлагают переехать. Как думаешь?» 08 / Условия согласия На что именно я соглашаюсь? Разрешение «использовать мои данные» слишком неопределенно для ответа от моего имени. Я бы обсуждала конкретный проект, пока могу уточнять условия и отказаться. 01 Кто и зачем Названный сервис и конкретная цель: например, закрытый семейный бот. 02 На каком материале Выбранные тексты; отдельно — разрешения на голос, изображение и чужие сообщения. 03 Кому и на какой срок Определенный круг пользователей, срок работы и человек, который сможет остановить проект. Это мой ориентир для обсуждения, а не готовое юридическое согласие. Выбор в конце лонгрида разрешения на ИИ не выдает. Цифровое бессмертие Мне обещают, что от меня что-то останется. А мне хотелось бы исчезнуть. Захарова Арина Мне спокойнее без имени Свободнее всего мне дышится 
в анонимных аккаунтах. 
Я знаю о доксинге — публикации чужих личных данных — и сватинге, 
когда ложным сообщением вызывают силовиков к человеку домой. Поэтому цифровой след для меня связан 
с уязвимостью. Представляя удаление 
своих аккаунтов после смерти, 
я чувствую облегчение уже сейчас. 
Мне важно знать, что моя доступность может закончиться. Мой цифровой след Имя скрыто Фотографии Переписка Геолокация Записи Скрыть имя ≠ уничтожить данные Как переписка стала 
собеседником. Роман Мазуренко → Евгения Куйда → Luka После утраты После гибели Романа Мазуренко 
в ноябре 2015 года Евгения Куйда 
перечитывала их сообщения.
Для бота Luka десять близких передали 
больше восьми тысяч строк переписки.
 По описанию Кейси Ньютона, 
программа сначала подбирала ответы, 
затем стала составлять новые
фразы из фрагментов переписки. Из записи — в диалог Я начинаю с желания удалить свой след. Здесь приходится задержаться: то, 
что для меня означает уязвимость, 
для другого может оказаться способом 
снова обратиться к близкому. Кейси Ньютон. Speak, Memory, 2016 ↗ Близость 
для одного. Боль для другого. Виктория, мать Романа «Они продолжили жизнь Романа и спасли наши». Она поддержала бота. Сергей, отец Романа «Тяжело читать ответ программы». Он знал, что это программа, и отмечал 
неверные ответы. Нельзя выбрать одну реакцию и назвать 
ее правильным способом помнить. 
Поддержка матери не отменяет 
трудности отца. Его трудность 
не делает ее благодарность ошибкой. Моя фраза «это никому не нужно» 
больше не выдерживает проверки. 
Но и общего желания семьи здесь нет. Свидетельства в Speak, Memory ↗ 
Короткие цитаты даны в переводе. Что ответит 
архив? Переключите режим. 
Все реплики вымышлены и не относятся к Роману. Архив хранит сказанное в определенный 
момент. Модель создает реплику 
для нового вопроса. Знакомая интонация 
не превращает ее в мнение умершего. «Мне предлагают переехать. Как думаешь?» Сохраненная запись Условная запись из прошлого разговора «Если решишь уехать, напиши. 
Я рядом». На новый вопрос в архиве нет ответа. 
Мы можем только перечитать старое сообщение. Источник: запись человека · Время: при жизни · 
Контекст: прежний разговор Сохранить сообщение — значит оставить доступ 
к уже сказанному. Кто говорит за меня? Особенно трудно удерживать границу, 
когда от имени умершего звучат прощение, одобрение или просьба. Такие слова 
могут менять решения живого человека. Человек уже не сможет поправить систему: 
я так не думала, я бы этого не сказала. 
Поэтому сходства интонации 
для меня недостаточно. Можно знать, что перед тобой программа, 
и все же услышать в ее ответе обращение близкого. Значимость этого переживания 
не подтверждает авторство реплики. Модельное продолжение Реплика вымышлена «Я тебя прощаю». Кто вправе произнести эти слова? Источник Текст, произведенный системой. Время Сейчас Кто откроет мой архив? До любого бота есть вопрос: у кого окажутся сообщения? Возможность открыть архив 
зависит от сервиса и закона. Родство, доступ к данным и право говорить 
от чужого имени нельзя объединить 
одним словом «наследство». 01 / Настройки сервиса Google «На всякий
случай» Можно выбрать людей и данные для передачи 
после периода неактивности или настроить 
удаление аккаунта. Близкие могут отправить запрос. 
Google рассматривает такие обращения, 
но не выдает пароли. Неактивность не доказывает смерть. О настройке ↗ О запросе ↗ 02 / Правовая норма Россия / 152-ФЗ Согласие 
на обработку Сама эта норма не предписывает передать 
пароль от аккаунта. Обработка данных ≠ вход в профиль. Текст нормы ↗ Часть 7 статьи 9 предусматривает согласие наследников на обработку данных умершего, если такого согласия он не дал при жизни. В переписке нас двое Среди моих сообщений остаются 
чужие признания, фотографии и подробности 
чужой жизни. Мой собеседник мог доверить 
их мне, не предполагая, что однажды архив 
откроет кто-то другой. Поэтому передать семейные снимки 
и открыть всю переписку — разные решения. 
Мое желание оставить память не отменяет 
интересов тех, кто со мной разговаривал. Обсуждая доступ, стоит уточнить, 
какие материалы действительно нужны 
близким и какие затрагивают чужую частную 
жизнь. Я Мои сообщения. Мои обстоятельства. Собеседник Его сообщения. Его обстоятельства. На что именно я соглашаюсь? Разрешение «использовать мои данные» 
слишком неопределенно для ответа 
от моего имени. 
 Я бы обсуждала конкретный проект, 
пока могу уточнять условия и отказаться. 01 Кто и зачем Названный сервис и конкретная цель: 
например, закрытый семейный бот. 02 На каком материале Выбранные тексты; отдельно — 
разрешения на голос, изображение 
и чужие сообщения. 03 Кому и на какой срок Определенный круг пользователей, 
срок работы и человек, который сможет 
остановить проект. Это мой ориентир для обсуждения, а не готовое 
юридическое согласие. 

Выбор в конце лонгрида разрешения на ИИ не выдает. Память без обязанности отвечать. Теперь я не могу повторить сказанные 
ранее слова: никому не нужны страницы 
умерших. Но мое желание исчезнуть 
остается. Мне не нужно доказывать бесполезность 
архивов, чтобы отказаться от имитации. Сохранить Фотографию, запись, сказанные слова. ≠ Продолжить Создавать новые ответы от моего имени. Удалить аккаунт. Что дальше? Удаление профиля не забирает обратно сообщения, которые другой человек уже сохранил, скачал или переслал. Если копии существуют отдельно, 
закрыть исходный аккаунт недостаточно, чтобы уничтожить их. Это не делает любое решение бессмысленным. Я могу обозначить, что сохранить, кому открыть доступ 
и разрешаю ли я имитацию. Но не могу обещать себе полное исчезновение из интернета. Облегчение для меня связано 
с возможностью провести границу, даже если контроль над следом остается неполным. Исходный аккаунт Удален 01 Сохраненное сообщение 02 Скачанный файл 03 Пересланная копия Обозначить свою волю 
можно без обещания абсолютной 
чистоты. Что я могу решить сейчас. Можно оставить фотографии близким 
и отказаться от бота. Сохранение, 
доступ и имитация не требуют
одного ответа. Обсудите пожелания с человеком, 
которому доверяете, и проверьте 
настройки сервисов. Удаление аккаунта 
не забирает обратно чужие копии. 01 Что сделать с записями? Сохранить выбранное Удалить Пока не знаю 02 Кому открыть сохраненное? Выбранным близким Оставить закрытым Пока не знаю 03 Разрешаю ли я ИИ-имитацию? Не разрешаю Обсудить условия Пока не знаю Скачать пожелания ↓ Сбросить Ответы обрабатываются в браузере без отправки на сервер. Это личная заметка: она не меняет настройки сервисов, не заменяет завещание и не дает согласия 
на создание ИИ. Мой архив может остаться. Я не обязана оставаться на связи.
Источники Кейси Ньютон. Speak, Memory, The Verge, 2016. История Романа Мазуренко и Евгении Куйды: переписка, создание бота, сомнения создательницы. 
 Google. О функции «На всякий случай», 
 Google. Запрос на доступ к аккаунту умершего пользователя, официальная русскоязычная справка. 
 Федеральный закон № 152-ФЗ «О персональных данных», статья 9, часть 7. Норма о согласии наследников на обработку данных при отсутствии такого прижизненного согласия. Официальная публикация на сайте Президента России: ; текст статьи в правовой системе:

 Anthropic. Agentic misalignment: How LLMs could be insider threats, 20 июня 2025. Контролируемые вымышленные корпоративные сценарии; наблюдаемое поведение моделей. 

 Александр Мейнке и соавторы, Apollo Research. Frontier Models are Capable of In-context Scheming, декабрь 2024, версия 2 — январь 2025. https://www.theverge.com/a/luka-artificial-intelligence-memorial-roman-mazurenko-bot https://support.google.com/accounts/answer/3036546?hl=ru https://support.google.com/accounts/troubleshooter/6357590?hl=ru https://letters.kremlin.ru/info-service/acts/9 https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61801/6c94959bc017ac80140621762d2ac59f6006b08c/ https://www.anthropic.com/research/agentic-misalignment https://arxiv.org/abs/2412.04984 Источники https://arxiv.org/abs/2412.04984 https://www.anthropic.com/research/agentic-misalignment https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61801/6c94959bc017ac80140621762d2ac59f6006b08c/ https://letters.kremlin.ru/info-service/acts/9 https://support.google.com/accounts/troubleshooter/6357590?hl=ru https://support.google.com/accounts/answer/3036546?hl=ru https://www.theverge.com/a/luka-artificial-intelligence-memorial-roman-mazurenko-bot Кейси Ньютон. Speak, Memory, The Verge, 2016. История Романа Мазуренко и Евгении Куйды: переписка, создание бота, сомнения создательницы. 
 Google. О функции «На всякий случай», 
 Google. Запрос на доступ к аккаунту умершего пользователя, официальная русскоязычная справка. 
 Федеральный закон № 152-ФЗ «О персональных данных», статья 9, часть 7. Норма о согласии наследников на обработку данных при отсутствии такого прижизненного согласия. Официальная публикация на сайте Президента России: ; текст статьи в правовой системе:

 Anthropic. Agentic misalignment: How LLMs could be insider threats, 20 июня 2025. Контролируемые вымышленные корпоративные сценарии; наблюдаемое поведение моделей. 

 Александр Мейнке и соавторы, Apollo Research. Frontier Models are Capable of In-context Scheming, декабрь 2024, версия 2 — январь 2025.